Боль

На другой стороне планеты,
В далекой, чужой стране
Погибают чужие дети,
Но так больно, так больно мне!

Жизнь жестока, а смерть нелепа.
И виновным в аду гореть!
Дети Кемерово , Алеппо
И страна, что несет им смерть…

Равнодушие, злоба, ложь…
Ад все ближе. Все злее рать.
Как вам спится, великий вождь?
Ничего не мешает спать?

Жители несут цветы и мягкие игрушки к зданию торгового центра «Зимняя вишня» в Кемерово, где произошел пожар

 

Упирается небо в окраины..

Упирается небо в окраины
там, где серым блестит горизонт!
Почему же мне так отчаянно,
так отчаянно не везёт?

Не ищу я причин и смысла
в чёрных датах календаря,
неужели я просто выросла,
просто выросла из себя?.

Свет серебряный по окраинам,
очертания в дымке слились,
целой жизни бывает мало нам,
чтоб понять, что такое жизнь…

Чёрною шторой завешена память…

Чёрною шторой
завешена память,
поздним укором
бессмысленно ранить.

Забылась давно
сердечная рана.
Осталось одно
подобие шрама.

Наложено вето —
и вспомним едва ли,
далёкое лето,
что мы потеряли…

Мы встретились случайно…

Мы встретились случайно на заправке,
не виделись, наверно, тыщу лет!
Ты помнишь, как  тогда читал мне Кафку?
А я зевала, думая, вот бред…

С тех пор промчалось много зим дождливых,
Я научилась Кафку понимать,
и ценности — от истинных до мнимых,
сегодня я умею принимать.

А ты женат, наверно, счастлив…Дети…
И я не одинока и любима.
О женщина! Не выпускай из сети,
Таких мужчин, когда  проходят мимо…

Похожее изображение

Пространство мыслей

Мысли мелькают как тени на потолке.
В такт музыке мерно колышутся  белые  шторы.
В проёме окна — вечность, идущая налегке
в одном направленьи — туда, где высятся горы.
Я тоже шагаю за ней. Каждый день иду
босою девчонкой по гравию и по льду,
по солнечным бликам,  по лунным лучам во мгле —
шагаю по небу, как будто бы по земле.
Забудь о законах! Закон притяженья не в силе
тебя удержать на земле, как в холодной могиле.
Так поднимайся выше любой суеты и быта!
Пространство   мыслей   всегда  для тебя открыто!

Там, далеко, где-то за беспределом…

Там, далеко, где-то за беспределом,
там, где с душою расстанется тело,
там, невесомостью вечной объяты,
ждут нас другие событья и даты.

И там, в странном мире блуждающих душ,
где нет ни ветров, ни дождей и ни луж,
где нет ни тоски, ни обмана, ни боли,
мы жизнь, словно пьесу — поделим на роли.

И будем играть без обид и без фальши
на трубах ветров лишь победные марши.
Там, далеко, где-то за беспределом
чёрное всё же окажется белым…

Всё будет так же…

Всё будет то же:

небо и земля,

измятым — ложе,

в пухе — тополя.

И будет так же

пениться прибой,

и руки — в саже,

и мечтаний — рой.

Луна и ветер.

В подворотне — грязь.

От страсти — пепел…

Только всё — без нас…

Мир на аптекарских весах Добра и Зла

Мир на аптекарских весах
Добра и Зла.
И только вера в чудеса
его спасла.

Из глубины, из тайных снов
приходит мысль,
и, избавляясь от оков,
стремится ввысь.

И там, в далёких небесах
вольётся в Свет!
Мир — на аптекарских весах
сомнений нет!

Прости, прощайся, уходи…

Прости, прощайся, уходи…
Возьми с собою струны-стрелы.
Их вырви из моей груди
так больно  и так неумело.
И где-нибудь, ни там, ни здесь,
ни в нашем будущем  рассвете
услышишь их благую весть
и  вспомнишь о поэте…

Весь мир в божественной ладони

Весь мир в божественной ладони.
Рисует разное Творец,
его улыбка есть в Мадонне,
он сам — Начало и Конец…

И мы, простые человеки,
грешны, наивны и смешны,
мы, усмирив моря и реки,
порой самим себе страшны…